Отзыв о книге М. Козыревой “Девочка перед дверью”

Хочу представить  потрясающее издание – книгу Марьяны  Козыревой «Девочка перед дверью».  В первый раз книга была опубликована в 1976 году в подпольном ленинградском журнале “37”, через 2 года в журнале “Часы”, а в 1990 году ее издали в “Детгизе».  И только в 2015 году произведение было переиздано издательством «Самокат» в серии «Как это было». Это воспоминание о детстве, которое пришлось на трагические тридцатые – сороковые годы.  Советское время,  увиденное глазами ребенка.

Эту автобиографическую повесть написала Марьяна Львовна Козырева, которая родилась в 1927 году. Её отец, Лев Семёнович Гордон (1901-1973), работал в Отделе редкой книги Публичной библиотеки, а до рождения дочери успел поучиться и поработать в Европе, что и было ему впоследствии вменено в вину. Мать Марьяны Козыревой, Маргарита Марьяновна Тумповская, была художницей, ученицей и близкой знакомой Льва Гумилёва.

Повествование начинается в 1932 году, именно тогда  была арестована ее мама, потом ее выпустили, вторая волна репрессий была в 37-м, третья в 49-м. Маленькая Вика Гордон осталась одна: родителей арестовали. Комнату в большом общежитии летчиков опечатали «страшные дядьки с портфелями под мышками и… с пустыми безглазыми лицами».

«Тишина в коридоре. За каждой дверью сидят летчики и молча пьют чай. Или не пьют. И чайники стынут на подоконниках. …С этого часа я помню подряд все».

Вику Гордон, дочь переводчицы и летчика, уехавших в очень длительную командировку, как объясняют ей знакомые, передают из одной семьи в другую, от родственников – к друзьям. Долго держать ее у себя опасно. Она – дочь врагов народа. Вике неслыханно, несказанно повезло по тем временам.

 

«Сначала вернулась мама. И год мы с ней жили одни без папы у разных квартирных хозяев, а потом пришло письмо от папы, который звал их к себе… Он поступил на работу переводчиком в такое место, которое называется Верблюд»

Вике невдомек, что «страна по имени Верблюд», как называет ее папа – это место поселения ссыльных, учебно-опытный зерносовхоз №2 около города Ростова. Поселок был построен в степи, где ничего не росло и где гуляли бешеные ветры. А ссыльнопоселенцы за несколько лет вырастили чудесный сад, где цвели розы, и зрели земляника, персики, сливы. Приезжие американцы, ученики знаменитого Корбюзье, построили в поселке в стиле конструктивизма институт, клуб, ресторан, школу. Ссыльные – профессора, ученые, литераторы – нашли здесь работу.

Но признать это место островком свободы и счастья тоже трудно. В книге Марьяны Козыревой почти нет упоминания имени Сталина, но незримая тень кого-то всесильного, беспощадного, гнетущая атмосфера недоверия и страха чувствуется в повести. Нет четкого указания каких-то фактов. Но есть трагические приметы того времени. Они даны глазами и в восприятии ребенка, многого не понимающего, но уже умеющего сердцем понять и не принять жестокость происходящего.

 

Вот приехавшая в поселок с делегацией давняя мамина подруга делает вид, что не узнает ее: знакомство со ссыльной могло дорого обойтись ей. Вот в саду скошена земляника – идут слухи, что агроном Дьяченко, враг народа, отравил ее. Вот в классе выдали новые тетради и вскоре отобрали их и сорвали нарядные обложки. Оказывается, в рисунках была запрятана надпись: «Да здравствует Троцкий».

«И главное, враги народа с троцкистами так хитро это написали, что сто лет смотри – и все равно не догадаешься, что там такое написано. И только одна девочка в одном городе догадалась и все показала. Теперь эти обложки по всему Советскому Союзу рвут, и мы тоже рвем, а девочке той в Кремле дадут орден!».

Абсурдность происходящего страшна оттого, что касается самых близких людей. Вожатая Ирочка оказалась героем, потому что помогла «органам разоблачить своего отца», директора зерносовхоза, «подкупленного иностранной разведкой». А в школьном дворе брат Ирочки, отличник и «гордость школы», будет швырять ей в голову куски антрацита, рыча «Курва! Курва». И глава об этом в книге называется страшно – «Казнь».

 

Как бусинки на нитку, нанизываются впечатления Вики Гордон. Трусость друзей, предательство самых близких, ненадежность родных, тревога за своих, бессилие что-либо понять и изменить – все это создавало драматически безысходную жизнь. Трудно было отделить правду от лжи, пока однажды родители Вики, отказавшись голосовать за смертную казнь своих друзей, решили рассказать дочери честно и без прикрас о тех, кто жил рядом и был арестован.

«Вот все и стало на свои места. Черное стало черным. А белое стало белым. Добро и свет перестали быть тьмою и злом. Все стало понятно и просто. … А потом я заучивала адреса, которые мне надо было запомнить, чтобы знать, куда пойти, когда я снова останусь одна. И папа придумывал в рифму, чтобы легче было запомнить. И мы пили вино. И нам было хорошо. И ложь становилась ложью, и Правда становилась Правдой. И расточались враги Её, как тает воск от лица огня…».

 

Трудно говорить о том времени. Можно легко впасть в высокомерный тон поучительства, быстрого осуждения. Нам сложно понять слепую убежденность и энтузиазм людей того времени, их непримиримость и даже жестокость.

В повести Козыревой «Девочка перед дверью» нет понятий репрессий, культа личности – большой мир еще не вмещается в сознание девочки. Но он вторгается во все отношения, искажает и меняет их смысл. Зависть, трусость, равнодушие, подлость, подозрительность – все эти качества людей оказались нужными и включенными в работу Системы.

Но не менее важно и другое. Жизнь девочки чудесным образом сохранялась, потому что находились люди, помогающие ей. И добрая память о них спасла душу Вики. А для нас эта книга – один из источников к пониманию того времени.

А еще в этой книге комментарии – подробнейшие, с множеством фотографий: настоящее исследование о родителях Марьяны Козыревой и о людях, послуживших прототипами персонажей ее книги. Вместе с ними книга, не утрачивая своих художественных качеств, приобретает новое качество, становясь живым документом эпохи.

М.Уфимцева, заведующая Бродокалмакской детской библиотеки
МУ “ЦБС Красноармейского МР”

Автор записи: Redaktor

Добавить комментарий